Милли кашлянула:

- А что случилось с жителями Швейцарии?

- В стране оказалось так много туристов, что сами швейцарцы растворились в них. Нечто вроде нашествия Чингисхана. Орды туристов смешались с коренным населением, так что в конце концов оказалось невозможным отыскать хотя бы одного чистокровного швейцарца. Последний человек, который мог петь йодлем, умер двадцать лет назад в Берне.

Мортимер Доулинг заметил строго:

- Давайте не будем отклоняться от темы нашего разговора.

- Весь вопрос в том, - сказал Чарли-Лошадь, - что Соединенные Штаты не имеют соглашения с племенем семинолов. В отличие от других мы ни с кем не подписывали договор. Мы были уверены, что выиграем больше, если спрячемся... исчезнем... отложим подписание нашего соглашения на целое столетие.

На лбу у Доулинга снова выступила испарина.

- Я полагаю, у вас имеются доказательства, что вы являетесь чистокровными индейцами? - робко спросил он.

- Мы планировали эту операцию целое столетие, - ответил Младший. - Мы учли все аспекты. У вас нет никаких шансов отвертеться. Соединенные Штаты - единственное государство на Земле, которое не решило проблему с национальными меньшинствами. Вы представляете реакцию мировой общественности, когда этот вопрос станет достоянием гласности?

Мортимер Доулинг прохрипел:

- Передо мной договор, подготовленный сто лет назад. По нему каждый семинол должен получить сто тысяч, если откажется от притязаний.

Фулер-Бык саркастически усмехнулся. Младший и Чарли-Лошадь даже не удосужились сделать это.

- Так вот, я увеличиваю сумму. Вы получите столько, сколько получили делаверы. Миллион каждому члену племени... мужчине, женщине, ребенку.

Они безмолвно уставились на него.

- Что же вам надо? - с отчаянием в голосе спросил глава Министерства по делам индейцев.