- Флориду, - спокойно произнес Младший.

- Флориду?!

- Флориду, - повторил он. - Она изначально принадлежала нам, и мы не подписывали никакого договора о ее продаже.

- Вам известно, что во Флориде сегодня проживает миллиард человек? Вам известно, сколько средств граждане нашей страны вложили в полуостров Флорида за прошедшие три столетия? Один только Гаванский мост...

- Мы сделаем его платным, - довольно заметил Фулер-Бык.

- И конфискуем каждый дом, каждое апельсиновое дерево, каждый мотель в этом штате, - добавил Чарли-Лошадь. - Я получаю Майами.

- Майами? - не веря своим ушам, переспросил Доулинг.

- Это моя доля, - объяснил Чарли-Лошадь.

- О Боже, - вздохнул Мортимер.

- Мы заставим всех бледнолицых покинуть штат, - в довершение всего изрек Чарли-Лошадь не без удовольствия.

Мортимер Доулинг закричал:

- Повторяю, этот номер у вас не пройдет! Это невозможно!

Фулер-Бык упрямо стоял на своем:

- Если необходимо, мы поставим этот вопрос перед Организацией Соединения Наций.

- ОСН? - простонал Мортимер. - Тогда у нас нет ни малейшего шанса. Все страны ОСН давно покончили с колониализмом и империализмом. Эти слова превратились в ругательства.

Индейцы самодовольно улыбнулись.

Мортимер Доулинг взглянул на часы:

- Послушайте, джентльмены, не будем спешить.

- А кто спешит, - рассудительно заметил Младший. - Этого момента мы ждали сто лет.

- Прекрасно! Не будем спешить... Подходит время ленча. Предлагаю всем вместе позавтракать. За счет дядюшки Сэма, конечно, ха... ха... ха... Это же замечательный прецедент. За пятнадцать лет службы в качестве главы этого министерства у меня впервые появилась возможность поесть за казенный счет.

Три семинола обменялись взглядами.

- А почему бы и нет, - заметил Младший.

Утром следующего дня Мортимер Доулинг открыл воспаленный глаз и простонал: