Поднявшаяся мне навстречу Минерва Макгонагалл была уже не такой прямой и чопорной, как раньше и, к моему изумлению, выглядела человеком, который часто и искренне улыбается и не скрывает своих эмоций. Еще больше я удивился тому, насколько тепло она меня приветствовала. За все семь лет учебы я не получил от нее и доли такого положительного отношения, как сейчас.

— Я тоже рад вас видеть, — сказал я в ответ, что было правдой — по крайней мере, на волне моего удивления от произошедших в ней перемен.

С Нордманном мы не раз встречались в Косом переулке, чаще всего в августе, когда наступала пора готовиться к новому учебному году, а жена Лонгботтома владела теперь "Дырявым котлом", гостиницей и баром перед входом в квартал магов, так что и с Невиллом за эти два года я успел повидаться.

— Это правда, что в Лондоне тоже на кого‑то напали? — спросил он, когда мы пожали друг другу руки.

— Правда, — ответил я. — Но ничего страшного не случилось.

— Гарри? — Лонгботтом подозрительно посмотрел на меня из‑за стекол очков, которые теперь носил.

— Он в Мунго; с ним будет все в порядке, — повторил я. Макгонагалл взволнованно приложила руку к груди и покачала головой.

— Значит, это правда, — сказала она. — Правда, что кто‑то хочет все начать сначала…

— Расскажите, что здесь произошло, — обратился я к ней, желая отвлечь от апокалиптических размышлений и приберегая оценку Шварца напоследок.

Макгонагалл знала не так уж много. Все случилось, когда в школе начинался ужин. Группа разношерстных персонажей попыталась вскрыть гробницу Дамблдора и, разумеется, напоролась на охранные заклятья. Попасть на территорию Хогвартса они могли только пройдя сквозь Запретный лес или, при большой изобретательности, переплыв озеро. Услышав Вой Баньши, первыми из замка выскочили Кремер и оказавшийся поблизости Хагрид.