«Слышь! – говорю. – Ангел!.. Ты кого же в церковь Божию пускаешь?» Ну он, конечно, давай мне про блудного сына плести… «Это они, – говорит, – раньше такие были, а теперь, после путча, тут же уверовали…» Меня чуть кондрашка не хватила. «Ну, если они, – говорю, – уверовали, то, значит, и впрямь Бога нет!..» Срываю с шеи гайтан, свечку – об пол, крест – об пол, сам – к выходу!

– А хранитель?!

– А хранитель давай прихожанам глаза отводить – чтоб никто ничего не заметил… Отвел, догнал… «Как это, – кричит, – Бога нет?.. А меня, меня к тебе Кто послал?..» – «А хрен его поймет (это уже я на него ору), кто тебя послал!.. Может, ты вообще голограмма!..» С тех пор вот не знаемся…

В ужасе от услышанного Пепельница схватил свою почти не тронутую кружку и припал к ней пересохшим ртом. На последнем глотке захлебнулся, закашлялся.

– И как же ты теперь?.. – просипел он, потрясенно глядя на страшного анархиста. – Без крыши-то?..

Гриша осклабился.

– Ну это ты брось, – солидно заметил он. – Теперь меня как зеницу ока берегут… Не дай Бог, загнусь – тут же все наружу и выплывет… Шутка, что ли? Пострадальца за веру до атеизма довести! Я ж там молчать не стану…

– Нет, но… – усомнился Сергей. – Бог-то, наверное, и так все знать должен!

– Теолог ты хренов!.. – ласково отвечал ему анархист. – Надо же: Бог – должен… Бог никому ничего не должен. Это Ему все должны! Хочет – знает, не хочет – не знает… А иначе – сразу конец света. В Писании как сказано? «Ибо Сам не пойду среди вас, чтобы не погубить Мне вас на пути, потому что вы народ жестоковыйный…»

– Какой?!

– Отмороженный… – пояснил Гриша. – А ты, раз уж под крылышко попал, давай теорию зубри. Писание вообще-то знать надо…

«Ну вы долго там еще?» – нетерпеливо прозвучал в голове Сергея мелодичный, хотя и несколько раздраженный голос.