Мейсона прервал удивленный возглас Элен Робб.

- В чем дело? - спросил адвокат.

Она инстинктивно попыталась захлопнуть крышку, но остановилась.

- Давайте посмотрим, - предложил Мейсон.

- Я тоже взгляну, - заявил начальник полиции, проталкиваясь вперед.

- В чем дело? - повторил Мейсон.

Элен Робб снова открыла чемодан и показала рукой на одно из отделений, где за эластичную ленту, крепившуюся к внутренней обшивке, была наскоро засунута пачка купюр.

- Я забираю эти деньги, - сообщил окружающим Майлз Овертон.

Мейсон сделал шаг вперед и встал таким образом, что его плечо оказалось между полицейским и чемоданом.

- Вначале мы их сосчитаем, - сказал адвокат.

Обеспокоенная Элен Робб вопросительно посмотрела на Мейсона, а потом трясущимися пальцами пересчитала деньги.

- Пятьсот шестьдесят восемь долларов, - объявила она.

- Прекрасно, - ответил Мейсон. - Будем считать, что Джордж Анклитас выплатил вам причитающуюся заработную плату и учтем их при объявлении иска в связи с дискредитацией личности.

Джордж Анклитас, тихо вошедший в комнату вместе с Джебли Алтоном, уже собрался было что-то возразить, но тут занавеску, закрывающую проход, отдернули в сторону так резко, что почти сорвали с карниза кольца, на которых она держалась.

- Дискредитация личности, ни больше, ни меньше, - гневно воскликнул женский голос. - Говорил горшку котелок: уж больно ты черен, дружок. Женщина с ненавистью посмотрела на Элен Робб, затем повернулась к Джорджу Анклитасу. - Но я пришла сюда не за тем, чтобы полюбоваться этой совратительницей чужих мужей, я пришла, чтобы встретиться с вами. Что за игры вы тут ведете с моим мужем?

- Миссис Эллис! - воскликнул Джордж Анклитас, продвигаясь вперед и дружелюбно улыбаясь. - Понимаете... то есть... мы еще не открылись. Ко мне заглянуло несколько человек... Давайте я вас чем-нибудь угощу.