- Я… Я… С-сказал, что не могу перевязать руку сам.

В его глазах окончательно исчезло недоумение. Теперь это были глаза обвинителя.

- И ты пожелал иметь третью руку?

- Я только сказал: если бы у меня была третья рука…

- … То ты ее смог бы употребить на завязывание бинта. Если это не желание, то что это?

Я был слишком взволнован и смущен, чтобы объяснить, что это было простой попыткой показать, как трудно действовать одной рукой. То же самое можно было бы выразить и по-другому.

Лицо моего отца стало угрожающим.

- Ты, мой собственный сын, просил дьявола дать тебе еще одну руку! - Обвинял он меня.

- Вовсе нет, - возразил я. - Я только сказал, если…

- Спокойно. Все в комнате слышали тебя. Будет лучше, если ты перестанешь лгать.

- Но…

- Выражал ли ты или не выражал недовольство формой тела, данной тебе господом, формой, которая является его подобием?

- Я только сказал, если бы я…

- Ты богохульствуешь. Ты недоволен своей формой. Все вокруг слышали тебя. Что ты скажешь на это? Ты знаешь, что такое норма?

Я перестал возражать. Я хорошо знал, что отец в его теперешнем настроении даже не постарается меня понять. Я пробормотал как попугай:

- Норма есть образ господа.

- Ты знал это - и, однако, зная это, ты пожелал стать мутантом, что ужасно, отвратительно. Ты, мой сын, богохульствуешь, и где? Перед своими родителями! - Он добавил строгим голосом проповедника: - что такое мутант?

- Существо, ненавистное господу и людям, - пробормотал я.

- Вот кем ты хотел стать! Что ты скажешь теперь?

Сознавая в глубине сердца, что бесполезно что-либо говорить, я сжал губы и опустил глаза.

- На колени! - Приказал он. - На колени и молись!

Все остальные тоже встали на колени, и прозвучал голос отца:

- Боже, мы согрешили. Мы просим твоего прощения за то, что недостаточно хорошо учили этого ребенка твоим законам, - молитва продолжалась очень долго. После «аминь» наступила пауза, затем отец сказал: иди в свою комнату и молись. Молись, богохульник, о прощении, которого ты не заслуживаешь, но которое лишь господь, в своем безграничном милосердии может дать тебе. Я приду к тебе позже.