- Нет уж, я тебя до подъезда, до квартиры!

Припарковавшись, Олег прихватил часть пакетов и вошел вслед за Артуром в единственный подъезд облезлой высотки. Не заходя в квартиру, поинтересовался, придет ли Артур в понедельник на работу, получил утвердительный кивок, попрощался и ушел.

Квартира встретила Артура душной, нежилой тишиною. "Надо же, - подумал он, сбрасывая ботинки и проходя на кухню, - не так уж и долго я отсутствовал, а квартира меня уже забыла, вычеркнула из списка жильцов". Поставив пакеты на стол, он огляделся, рассматривая, вроде бы знакомые, но уже какие-то чужие предметы. Только пепельница, казалось, обрадовалась возвращению хозяина.

- Гады, - хмыкнул Артур, обращаясь к трем грязным тарелкам, затаившимся в мойке.

Разобрав пакеты, он рассовал продукты по холодильнику и, отчего-то, захотел белого вина. Открыв бутылку, он сполоснул бокал и наполнил его.

Попивая мелкими глотками "Токай", он прошел в комнату. Прокуренная духотища, солнце, бьющее в незашторенные окна, сантиметровый слой пыли на экране небольшой видеодвойки, наспех заправленная тахта, вытертая ковровая дорожка грязного цвета, громадный сувенирный бокал с цветными конфетами и орешками на низеньком журнальном столике, там же сиротливо жалась записка Олега: "Как появишься - сразу позвони", кресла по бокам, торшер, платяной шкаф и старая мебельная стенка, обладающая уникальной особенностью сколько её не протирай, она все равно выглядит пыльной.

Каждая вторая подружка Артура, с которой он встречался больше одного раза, как правило, затевала уборку, начиная обживаться, желая всюду понаставить свои невидимые метки, но ни Артур, ни его квартира, принимать потенциальную хозяйку не желали. Все переставленные вещи будто бы сами собой возвращались на прежние места, пыль немедленно слеталась обратно, а покрывало на тахте сминалось комом.

Усевшись в кресло, Артур взял валявшуюся у телефонного аппарата записную книжку и полистал её. Из списка особо никого не хотелось, но сидеть в одиночестве, созерцая пыль на телеэкране, не хотелось и подавно.