Сорча знаком приказала ей продолжать:

- Расскажи.

- Он спит с Летней Королевой, не как ее игрушка, но как супруг. Зимняя Королева даровала ему Видение. Новый Темный Король называет его братом. – Бананак вернулась на место и помрачнела, что всегда беспокоило Сорчу – и не без причины: когда что-то привлекало внимание Бананак, она становилась еще опаснее. – И ты, сестричка, не имеешь на него влияния. Этого смертного тебе не заполучить. Ты не сможешь украсть его, как других Видящих зверушек и полукровок.

- Понятно. – Сорча никак не реагировала. Она знала, что Бананак ждет, придерживая козырь в рукаве, который лишит ее остатков спокойствия.

- И у Ириала была игрушка – малютка смертная, к которой он привязался и пестовал так, будто она была достойна Темного Двора, – добавила Бананак.

Сорча даже прищелкнула языком, удивленная глупостью Ириала. Смертные слишком хрупкие, чтобы вынести причуды Темного Двора. Но это были его проблемы.

- Она умерла? Или сошла с ума?

- Ни то, ни другое. От отказался от трона ради нее… Так его заразила и испортила ее смертность… Просто отвратительно, как он баловал ее. Поэтому другой теперь сидит на троне, который должна была занять я. – Образ Бананак-рассказчицы все еще был при ней, но самообладание становилось все хуже. Подчеркивание слов, восходящая и нисходящая интонации, с которыми она рассказывала свои истории, становились все менее заметными. Вместо этого она выделяла случайные слова. Жажда прибрать к рукам трон Темного Двора нервировала ее, а упоминание о троне явно не способствовало ее спокойствию.

- Где она? – спросила Сорча.

- Теперь у нее нет влияния… – Бананак провела рукой, как будто хотела смахнуть паутину перед собой.

- Тогда зачем ты мне об этом говоришь?

Выражение лица Бананак нельзя было понять, но созвездия в ее глазах сменились на Близнецы.