— Ну да, — решив не обращать внимания на странности мужчины, подтвердила Леся. — Вот тут написано, номер люкс на двоих!

Ее слова произвели эффект разорвавшейся бомбы. Со словами: «Где? Покажите мне, где это написано?» — Семен Голиафович сорвался со своего кресла и подскочил в воздух, одновременно ухитрившись схватить со стола путевки подруг. Затем он принялся водить по строчкам своим длинным красным носом, напоминая уже не аиста, а какую-то недобрую экзотическую птицу.

— В самом деле! Люкс! — наконец подтвердил он, падая обратно в свое кресло.

А затем, положив бумаги на стол, он растерянно воззрился на подруг:

— Так это в самом деле вы? — почти шепотом спросил он у них.

— Мы! — решительно подтвердила Леся.

— Вот уж не ожидал! — растерянно пролепетал Семен Голиафович. — Скажите, а никакой ошибки нет? Точно? Вы уверены?

Эта фраза до крайности оскорбила двух подруг.

— Мы что, не похожи на людей, способных заказать себе люкс? — вознегодовали они.

И их можно было понять. Несмотря на жестокую депрессию, сжиравшую их изнутри, а может быть, именно назло ей, подруги постарались выглядеть сегодня утром на все сто, а то и двести баллов. Они нарядились в свои лучшие туалеты, которые, возможно, не слишком подходили для путешествий, но зато выглядели потрясающе.

Например, на Лесе было шелковое платье цвета свежих сливок. Оно было с широкими складками и сплошь разукрашено ручной вышивкой и крохотными пуговками — прощальный подарок Артура. То есть когда он его покупал, то еще не знал, что это будет его последний подарок. Иначе вряд ли бы расщедрился на такую дорогую вещь.

Отлично зная эту особенность мужской психологии, Леся проявила некоторое коварство. Она сначала дождалась, когда будет пробит чек, платье упаковано в коробку, перевязано красивой лентой и вручено ей лично в руки, а уж после этого прощебетала о своем решении никогда не выходить замуж. И побыстрей упорхнула из магазина, оставив Артура с чеком в руках и отвисшей чуть ли не до кафельного пола челюстью.