Но каким бы путем ни было приобретено это платье, выглядело оно потрясающе дорого и стильно. На шею Леся надела жемчужное ожерелье, а ноги украшали босоножки также с жемчужными вставками. Сумочка была, разумеется, им в тон и тоже с жемчужинами. В общем, в таком виде не стыдно было бы явиться на бал и к французскому послу, а не то что в кабинет к какому-то Семену Голиафовичу.

— В чем дело? — допытывалась Кира у главврача, впавшего в какой-то ступор и молча разглядывающего их обеих.

Причем в глазах его светился если не восторженный ужас, то что-то очень к тому близкое. Никак не думали подруги произвести такое впечатление на окружающих. И ведь на Кире тоже было надето самое легкое и воздушное из всех имеющихся у нее платьев. Юбка была из темно-зеленого жатого шифона, а верх из той же ткани, но только светло-изумрудного оттенка. К тому же, выйдя из машины, Кира накинула себе на плечи шаль, что только добавляло ей этакого небрежного шика. И поменяла удобные кроссовки, в которых она вела машину, на роскошные туфельки без пятки на огромном каблуке.

— Похоже, мы с тобой слегка перестарались по части нарядов! — прошептала Леся на ухо Кире. — Смотри, как беднягу перекосило. Он, наверное, такой красоты в своем санатории отродясь не видывал. А тут мы! С утра! Без предупреждения! В номер люкс!

— И что, теперь каждый раз, когда мы с тобой куда-нибудь решим отправиться, надо заранее свои фотографии по е-мейлу высылать, — произнесла в ответ Кира, — чтобы такие вот Семены Голиафовичи успели привыкнуть?

И, плеснув в стоящий на столе стакан воды из графина, сунула его в дрожащую руку Семена Голиафовича.

— Пейте! — властно велела она мужчине. — Пейте, а то нам некогда!

Тот послушно осушил стакан. Холодная вода помогла.

— Никак не могу поверить, что это вы и есть, — прошептал главврач, с трудом, но все же приходя в себя. — Где вам продали путевку?