Ага, рад, что биения неисправного привода зарегистрировано наконец на ваших мониторах. Поставьте этот челнок на перенастройку. – Пауза. – Спасибо, но я уже оплатил свой счет. Нет, все в порядке. Да… – Килашандра заметила, что благодарность раздражает Каррика. – Ну, как хотите. Сделайте на двоих, – добавил он и улыбнулся девушке, отворачиваясь от консоли. – В конце концов, вы тоже слышали. – Он взял ее под руку и повел к свободной кабине.

– У меня там лишняя бутылка хорошего вина, – сказала она, полупротестуя, полусмеясь над его властным тоном.

– Сейчас у вас будет самое лучшее. Меня зовут Каррик, а вас?

– Килашандра Ри.

– Приятное имя. Музыкальное. – Он рассеянно вытер пот со лба и сел. – Я сказал что-то не то?

– Нет, ничего.

Он скептически взглянул на нее из-за ее неискреннего тона, но в это время на служебной панели появилась запотевшая бутылка. Он посмотрел на этикетку.

– А, «72»! Ну, это поразительно. – Он посмотрел на меню. – Не держат ли они форелланских бисквитов и пасты с Альдебарана? Смотрите-ка, есть! Ну, теперь я пересмотрю свое мнение о Фьюерте.

– Вообще-то я только что закончила… – начала Килашандра.

– Наоборот, моя дорогая Килашандра, вы только что начали.

– Вот как?

Любой из бывших коллег Килашандры сменил бы манеру поведения, услышав такой ее тон.

– Да, – весело продолжал Каррик с искрой вызова в глазах, – потому что эта ночь – ночь празднества и веселья… по поводу сделанного только что дела. Мы только что спасли порт от разрушения. Они будет еще более благодарны, когда разберут привод и увидят трещины в хрустальных датчиках. По меньшей мере сотня вибров долой.

Ее первое намерение достойно удалиться умерло, и она уставилась на Каррика.

– Долой сотню вибров? Что вы имеете в виду? Вы музыкант?

Каррик посмотрел на нее так, словно она обязана была знать, кто он.

– Да, в некотором роде музыкант. А вы?