– Отныне ни в каком роде, – сердито ответила Килашандра. Желание укрыться от чужих взоров вернулось с неодолимой силой. На короткое время она забыла, почему она в космопорте, Каррик напомнил ей, и она больше не хотела таких напоминаний.

Его пальцы крепко взяли ее локоть и удержали на стуле. Как раз в это время в ресторан суетливо вошел чиновник, ища глазами Каррика. Лицо его изображало облегчение и радость, когда он заторопился к столу. Каррик улыбнулся Килашандре, как бы подзадоривая ее раздражение при свидетелях. Вопреки желанию, Килашандра понимала, что не может закатить сцену. У нее не было реальной почвы для обвинения в нарушении свободы личности. Каррик, понимая ее чувства, имел нахальство предложить ей полуоскорбительный тост, после чего сделал ритуальный единственный глоточек вина.

– Да, сэр, «72». Очень хороший выбор. Вы, несомненно…

Служебная панель открылась и пропустила чуть дымящуюся тарелку с бисквитами и блюдо с чем-то красновато-коричневым.

– И действительно, альдебаранская паста, – сказал Каррик с притворным удивлением. – Подана, я вижу, с горячими бисквитами. Ваши поставщики знают свое дело.

– Мы на Фьюерте хоть и малы по сравнению с портами, которые вы видывали… – подобострастно начал чиновник.

– Да, да, спасибо, – и Каррик резко махнул рукой, выпроваживая его.

Килашандра смотрела чиновнику вслед, удивляясь, почему тот не оскорбился от такой бесцеремонности.

– Почему вам все сходит с рук? – спросила она Каррика.

Он улыбнулся.

– Попробуйте вино, Килашандра. – И его улыбка намекала, что впереди долгий вечер и это лишь прелюдия к более близкому знакомству.

– Кто вы? – спросила она уже сердито.

– Я Каррик из Седьмой Гильдии, – загадочно ответил он.

– И это дает право посягать на мою личную свободу?

– Да, если вы слышали вой кристаллов.

– Каким образом вы распознали его?

– Скажите мне ваше мнение об этом вине, Килашандра Ри. У вас наверняка пересохло в горле и болит голова от этой субзвуковой пытки, и это объясняет ваше раздражение.