Меня нагнал вахмистр Пантелеев.

- Разделиться надо, Вашбродь.

Кличка тут у меня Вашбродь, поскольку на Ваше Благородие не слишком смахиваю. А командовать отрядом должен по уставу драгунский ротмистр Сольберг. Но он еще под Астраханью ума стал лишаться, а на Иргизе ему начали являться духи. Кто знает, чего ему там бесы-демоны насоветуют, хватит с нас тех Советов, что на родине остались.

- Вашбродь, ну-тко отправляйтесь прямо по тропе вместе с ротмистром и Келаревым, а я с Иловайским чуток приотстану, и затем подадимся мы к скале Зулькарнайн. Там как-нибудь по спуску проковыляем, а эти стервецы точно все ноги переломают на камнях, да еще мы их из ружей поугощаем. Вы же за Кызылбашем дуйте к югу, у кишлака Маверан, Бог даст, и встретимся.

Это, конечно, недурственный способ "товарищей" запутать. Тем более, как через сухое русло переберемся, у них под наблюдением только Пантелеев с Иловайским останутся.

- Ладно, вахмистр, только не шали особо, знаю я тебя, тоже разбойник приличный.

Пантелеев окрикнул Иловайского и оба они немного сдали назад. Так что мы с Келаревым и Сольбергом раньше долетели до сухого русла. Тысячу лет назад, еще до татарского нашествия здесь журчала себе веселая река, а сейчас осталась лишь скучная серая рытвина, а за ней бывший высокий берег, ныне каменная стена яра. Пантелеев с Иловайским вдоль стены налево понеслись, а остальные углубились в узкий разлом и через каких-нибудь полчаса достигли ущелья Кызылбаш. Тут с севера послышался треск выстрелов, значит ввязались мои товарищи в катавасию. А нам думать не о чем, надо к югу подаваться через это самое ущелье.