– Я думаю, дней десять.

– Жанна, Жанна, ку-ку, проснись. Какие десять дней, я что, по-твоему, роман написать должна? Пять дней – выше крыши.

– Мало, ну Нюшечка, ну заечка, ну хотя бы недельку, – заныла Жанна.

– Нет, пяти дней вполне достаточно, поверь мне, – упорствовала я, – да и не смогу я больше, ведь с первых чисел июля у меня все занято, я же тебе говорила. В общем, так. Я смогу к тебе приехать с 20 по 30 июня, в этом промежутке. Устраивает?

– Ну что ж, пять так пять. Я переговорю с Мишаней, он как раз в конце июня опять в командировку едет, а потом тебе перезвоню, скажу точно – когда. Договорились?

– Разве от тебя отвяжешься. Договорились. Только ты уж позвони хотя бы за пару дней до часа Х, чтобы я собраться могла.

– Хорошо, обязательно. И вот еще что. Слушай, Нюсь, не говори никому, что ко мне едешь, ладно?

– Почему?

– Хочу, чтобы твоя статья была для всех сюрпризом. Вот бомба будет, на тусовках все скукожатся от зависти, – радовалась Жанка.

– Как мало надо человеку для счастья, – вздохнула я, – просто детский сад какой-то! Ну хорошо, никому не скажу.

– Никому-никому, даже лучшей подруге, – не успокаивалась Жанка.

– Не увлекайся, Жанусь. А лучшей подруге я и не смогла бы сказать, Таньский в отпуске, в Турции.

– Какой Таньский?

– Здрасьте. Танюха моя, мы с ней с первого класса дружим, страшно вспомнить, сколько лет уже, ты что, забыла?

– А, Старостенко! Как же, помню. Ну как она? Хотя ладно. Наговоримся у меня. А сейчас мне пора бежать. Значит, помни – тайна!

– Пока, Мата Хари губернского разлива, – улыбнулась я и положила трубку.

Следующие пару дней прошли в обычной для окончания работы над статьей суете.

Я без конца моталась в редакцию, выпивала с Людочкой литры кофе, задыхалась в извергаемых ею клубах дыма (курящий каракурт – это не только тренинг для картавых, это еще и незабываемое зрелище) и уползала от нее совсем измочаленной, напоминая себе улитку, которую пытался изнасиловать жук-носорог: не отымею, так хоть в футбол поиграю. Все, в следующий раз статью для газеты Людмилы Петровны я буду писать ну очень не скоро, будь она хоть трижды профи. Если бы не Лешка, висеть мне высохшим трупиком в ее паутине.