- Как вы не можете понять, что время сейчас диктует именно такие действия. Кому-то из нас обязательно надо действовать легально, и к этому вы сами придете рано или поздно, иначе государство съест нас с потрохами. Ну что вы прицепились со своими понятиями? Завели свою шарманку: "Нельзя работать на государство..." А кто вам сказал такую чушь, что я собираюсь пахать на это гребаное государство? Да вы можете меня считать своим разведчиком в правительстве или своим ставленником - как вам будет угодно, но так или иначе взятками чиновникам вы своих проблем не решите, нужно самим, как говорится, брать быка за рога, иначе сейчас нам просто не выжить. Еще раз повторяю: общаку только лучше от этого будет!

- Общак у нас и так полнее некуда... - хмуро произнес Семен Кирсанов, не заметив, как в него метнул быстрый взгляд Никита-Баллон. - Уж больно ты, Нуга, прыткий стал. При Амиране-Мартали ты бы себе такое не позволил.

- Нашел кого вспомнить! - презрительно отмахнулся Нугзар. - Сколько времени-то прошло - сосчитай! Амиран бы ни за что так не поднялся, как развернулся я. Он так до сих пор гостиницей с тремя рынками и командовал бы...

- Не трожь Амирана-Мартали, паскуда! - вступился за своего бывшего протеже Витя Камский. - Или ты, шкура, забыл, за кого он срок тянет?

- Я ничего не забываю, - успокаивающе произнес Джанашвили, но тут же зло добавил: - Но и вы еще вспомните мои слова, когда придут к вам собровцы по вашим головам молотить - кто тогда сможет вас отмазать, а? Да и захочет ли? А тут я: ваш друг и приятель, пробравшийся к самой власти...

Наступила гнетущая тишина. Неожиданно громко запиликал зуммер телефона. Нугзар вынул трубку мобильника из внутреннего кармана пиджака и отошел в угол комнаты, чтобы никто не услышал, какие распоряжения он отдает.

- Попомните мои слова, братва, - негромко сказал Киса, - эта лысая сука всех нас еще на кукан поставит, гадом буду!

Но реплика Семена не возымела своего действия. Нугзар всегда славился тем, что умел "разводить народ на базар", убеждать в своей правоте, и действительно, его речь многим пришлась по душе.