Под потолком из трех горел только один светильник. Стекла приборов припудривала пыль. На ближайшем он начертал свое имя: Кирилл. Пульт с его бесконечными клавишами, переключателями, регуляторами, сонмом шкал, глазков, паутиной мнемографиков казался необозримым, Мальчик ждал, что все это оживет, как ожил подъемник, как ожил свет, но все оставалось мертвым. Чуду явно не хватало завершенности.

Он еще немного помедлил - а вдруг? Потом поискал взглядом нужную кнопку, нашел, надавил, в общем-то не надеясь на благоприятный исход. Но сигнал на пульте "Готов к операциям" зажегся.

Итак, чудо все-таки произошло! Коротко вздохнув, мальчик поудобней устроился в кресле и стал покомандно включать блоки. Вот утоплена последняя клавиша. На матовом табло тотчас вспыхнула безжалостная надпись: "Нет горючего!"

Вот так! Счастье никогда не бывает полным.

Некоторое время мальчик угрюмо смотрел на пульт. Его плечи тонули в большом, не по росту капитанском кресле.

- Кома-анда! - сказал он тонким голосом. - Приказываю; оверсан к Сатурну! Штурман - произвести расчет!

Он произвольно стал набирать код. Потом, вспомнив, подключил к расчету кибермозг.

- Неверны исходные данные, - раздался голос.

Сердце мальчика захолонуло - он как-то упустил из виду, что корабельный мозг все еще может существовать, И внезапный голос поверг его в смятение.

- Знаю, - сказал он, едва переводя дыхание, - Делай сам, если можешь.

- Цель?

- Сатурн.

- Траектория?

- Оверсан.

- Не имею в программе. Могу следовать стандартной.

- Давай...

Мнемографики зазмеились, сплетаясь в трехмерную сетку, в окошечках зарябили цифры.

- Как там у нас с горючим?

- В обрез, капитан.

Мальчик снова кивнул, но тут до его сознания дошло, что игра принимает странный оборот. Он-то знает, что это игра, а вот откуда это знает мозг?

- Повтори, - сказал он встревоженно.

- Уточняю; резерв горючего - 1.02 от предполагаемого расхода.