– Я не для того лечил вас, Мишель…
– Эйфорин!
Мишель схватил врача за грудки, встряхнул с неожиданной силой.
– Где он?!
– Что вы себе позволяете?!
– Убью!
Тяжелая кювета из фарфора обрушилась на голову Мишеля в тот самый миг, когда наркоман вдруг жалко сморщился и чихнул в лицо Виктору. Дюраньяк разжал пальцы и кулем повалился на пол.
Но доктор даже не взглянул на него.
Клятва Гиппократа – ерунда! Помощь раненому – успеется! Переступив через бесчувственного пациента, Виктор бросился в лабораторию. Наконец-то у него появилась настоящая работа.
Поселок быстро сходил с ума.
Шамиль Джалилов, начальник экспедиции, на полу столовой занимался любовью с поварихой Матильдой. Судя по вздохам и стонам, повариха не возражала. Чуть дальше, у раздаточного лотка, геолог Беата Хоффер – красотка, стройная как манекенщица – жадно поглощала спагетти, зачерпывая их обеими руками из общей кастрюли. Поведение любовников ее не смущало.
Грузчик Ян сидел у кухонного компьютера, с увлечением расстреливая косматых монстров. Шеф-повар хотел было возмутиться, но грузчик чихнул, и шеф-повар ушел на космодром: спорить со штурманом Назибуллой о падении нравов среди молодежи.
В баре охранник рудного склада, не прекращая распевать спиричуэлс, ухватил без спросу литровую бутылку "Remi Martin XO" и принялся опустошать ее из горлышка. В ответ на возглас бармена "А кто платить будет?!" охранник чихнул, забрызгав коньяком полбара, и продолжил возлияние. Бармен же сделался задумчив и удалился в каморку за стойкой. Вернулся он с мольбертом, холстом и красками – и, выйдя на улицу, принялся лихорадочно рисовать пейзаж: сиреневые горы в дымке, долина, замершая в преддверии грозы…
Выходило неплохо.
С полдюжины завсегдатаев бара тем временем самозабвенно вливали в себя дозы горячительного, которых хватило бы для заправки космического челнока. Остальные разбежались: кто – бить морду предполагаемому хахалю супруги, кто – требовать немедленной прибавки к жалованию, а кто – на посадочную площадку, желая немедленно покинуть эту Богом забытую дыру.