— Послушайте, откуда вы знаете, о чём я думаю?

— Да стой ты смирно! — рявкнули ему в ухо. — Все ноги отдавил! Плевать нам, о чём ты думаешь, мозгляк!

Начинается бред, решил человек обречённо. Боже мой… Подсказал бы кто-нибудь, что происходит?

Водитель посоветовал:

— Если вы не знаете, что означает дорожный знак на пути, считайте его рекламой слабительного…

* * *

Когда проезжали центральный телеграф, он собирался выйти, чтобы позвонить Ирочке по междугородному телефону, поздравить жену с днём рождения. Затем честно старался выскочить на следующей остановке, чтобы вернуться обратно к телеграфу. Когда его блуждающий взгляд случайно зафиксировал промелькнувшую за стеклом кабину телефона-автомата, он пожелал выйти и позвонить Анечке — спросить, что та делает сегодня вечером — при этом в голове его вновь заиграли пьянящие воспоминания. Кроме того, он пробовал узнать, сколько прошло времени, но руку с часами было никак не поднять. Он попытался разговаривать с попутчиками, дабы облегчить бесконечный путь, но люди вели себя странно.

Короче, он всё ещё трепыхался.

А потом пришел гнев, чувство это трудно было сдержать. Подлый замкнувшийся мирок не заслуживал других чувств. Пассажир долго придумывал варианты фраз, наполняя их смертоносным ядом, — чтобы уничтожить всех окруживших его тварей. Втоптать билет в грязь. Плюнуть водителю в зеркальце. Разбить стёкла. Победно засмеяться и сойти на тротуар, повернувшись спиной к поганой железяке… Разумеется, он молчал, крепко стиснутый со всех сторон. Приступ гнева благополучно миновал, передав эстафету другой эмоции — апатии.

Водитель лихо подкатил к остановке:

— Набережная бывшей реки.

Затем выдал очередную мудрость.

— Жизнь твоя, как горная дорога — повороты на краю пропасти.

— Ну-у, — разочарованно протянули сзади, — а вот это уже банальщина.