При твоем всеведении совсем нетрудно узреть, сколько таких случаев произошло в Турракане; понятно, что остальные - выдумка. Алхимик провел пальцами по бороде. - Допустим. Но выдумка никогда не появляется сама собой. Только тогда, когда это кому-то нужно. Рассказчица прищурилась. - А вот теперь, лорд Джафар, задумайся: КОМУ выгодна вражда людей и Крылатых. И пока ты будешь думать, я продолжу повествование - ибо алая колесница заката уже опускается за хребет Зур... Усилием воли Властитель Турракана переместил эти мысли в дальний уголок разума, Чтобы вернуться к ним как-нибудь на досуге. Расслабившись, он заложил руки за голову и, готовый к видениям, прикрыл глаза. Сегодня курить не хотелось. Голос собеседницы был тих и печален:

Порою трудно слушать тишину,

Оставив сзади жизни кутерьму

Но есть ли путь иной? Мы не узнаем,

Покуда сами не уйдем во тьму...

И безмолвная тьма сомкнулась над Алхимиком - чтобы, вскоре рассеявшись, открыть то, что могут и чего не могут показать слова...

Ночь вторая,

которая рассказывает об иных сторонах описываемых событий,

не менее важных, хотя это можно и оспорить.

- Она хорошо смотрит за детьми? Фариза улыбнулась. - Души в них не чает. Она хорошая женщина, Джемаль. Ей чересчур много дурного выпало в этой жизни, и если мы можем помочь - я хотела бы... - Да я не возражаю, - махнул рукой ар-Рахим. - Пускай остается. Служанкой, нянькой, кем угодно - если малышам с ней хорошо, пожалуйста. Вернусь через несколько недель, посмотрю, как вы тут живете-ладите. - Мы-то поладим, - сказала Мариам. - А вот ты будь осторожен. О драконах я слышала весьма мало хорошего... Взгляд охотника был холоден. - Управлюсь. Я не зря ношу свое прозвище. - Но ведь это лишь прозвище. Ты же сам знаешь, чем отличаешься от Истребителя. - Ну, в ЭТОМ я ни одному из них не уступлю. Брось волноваться. Завтра утром уйду, вот тогда волнуйся сколько хочешь. Поднырнув под руку мужа, Мариам, как ласковая кошка, потерлась о его плечо.