
- НЕТ!!! - Нет? - хлыстом ударил по нервам голос Аджан, слегка изменившийся, но вполне узнаваемый. - А когда ТЫ вошел в МОЙ дом, когда ТЫ занес меч над МОИМИ детьми - ты думал о том, что и у них есть родители?! Ар-Рахим опустил саблю. Его лицо исказилось. - Возьми мою жизнь, на это ты имеешь право. Но оставь малышей, они ни в чем не виноваты. Фариза в голос всхлипнула. Тон Аджан не изменился. - А МОИ малыши что, были виноваты? Когти левой передней лапы прочертили в глиняной стенке глубокие борозды. Мариам упала в обморок. Охотник отбросил клинок. - Ну давай, тварь, бей! Тебе нужна кровь - на, получи! Но ты не уйдешь безнаказанно, клянусь Предвечным Светом! - О, я могла бы, - тихо сказала Аджан. - Только это будет слишком просто, слишком... милосердно. Посмотри мне в глаза! Ненавидящий взгляд ар-Рахима уперся в оранжевое пламя, лишенное эмоций. Медленно, словно нехотя, пламя ушло, оставив мягкий свет прежнего огненного оттенка, но без его разящей яркости. Вновь заговорила Аджан, и эти слова разили больнее плетей и булатных клинков:
Когда ты пойдешь на свет
