Заполнив анкету, я положил ее в ящик, вернулся на свое место и стал ждать. Через некоторое время из двери вышел невысокий человек, молча оглядел всех присутствующих и, забрав ящик, ушел. Еще через минуту он принес обратно пустой ящик и опять удалился. Я огляделся. Большинство кандидатов, заполнивших анкеты, откровенно скучали. Некоторые тихо переговаривались между собой. Осматривая комнату, я случайно встретился глазами со своим соседом – смуглым черноволосым пареньком с зализанными волосами. Заметив мой взгляд, он вдруг пододвинулся ко мне и, кивнув головой в сторону двери, спросил:

– Знаешь, что это за контора?

– Нет. А ты? – в свою очередь спросил я.

– И я не знаю, – ответил он. И, оглядевшись, прибавил с хитрой улыбкой: – Но догадываюсь. Про такую организацию – ДВБ, слыхал?

Я кивнул. Кто же не слышал о Дирекции Внешней Безопасности? Парень ухмыльнулся.

– Знаем мы эти социологические исследования. Поэтому и вопросы такие – без железных нервов там делать нечего.

Он вдруг хихикнул и толкнул меня локтем в бок.

– А платят-то они неплохо. Да и научат многому. Только бы попасть.

Я вспомнил квадратную челюсть бритоголового и нашел эту версию не менее правдоподобной, чем свои собственные. Я уже собирался поделиться с ним своими соображениями, но в этот момент отворилась дверь, и невысокий человек, высунув голову, позвал:

– Франсуа Саваж.

Мой сосед поднялся и, заговорщицки подмигнув мне, скрылся за дверью. Я остался один и с тоской подумал о том, что мог бы взять с собой книжку. В течение следующего часа вызвали еще несколько человек. Группа кандидатов редела. Обратно не возвращался никто, приток новых людей почему-то закончился. Я продолжал строить различные теории и изнывать от скуки. Наконец прозвучало мое имя, и вслед за невысоким человечком я прошел в дверь.

Картина, представившаяся мне в соседней комнате, сильно напоминала сцену из какого-то фильма. За длинным столом восседала комиссия: двое мужчин и одна женщина. Сбоку, склонившись над стопкой исписанных анкет, пристроился мой низенький провожатый. Перед столом одиноко стоял железный стул, видимо, предназначенный для кандидатов. Сидевший в центре бородатый мужчина с холеным лицом указал на стул и сказал глубоким голосом: