Тут Пиклс замолчал, очень серьезно заглянул Тому в лицо.

— Ты так внезапно исчез.

Том посмотрел на него в упор.

— Сестра Мэри Альма, конечно, странная, но поверь Пиклс ее меньше всего нужно опасаться. Те люди, что появляются в приюте ночами, меня волнуют больше.

Он собрал одежду, смахнул пряди со лба, напоследок взглянул на свое отражение: обычный сирота с бледной кожей и еще влажными волосами, потертый рабочий комбинезон и заношенная рубашка. Обычный… Том потемнел лицом, резко отпрянул от жадного до правды зеркала, стремительно шагнул к двери.

— Что‑то не так? – промямлил Пиклс, уступая дорогу.

— Все не так, – ответил Том кратко, бросил туманное: – Меня вообще здесь не должно быть.

С граблями и тяпками они с Пиклсом коридорами направились к заднему двору. Уже на подходе застали всклокоченную Мел Фултон, та забилась под подоконник, повизгивала и остервенело мотала головой, а Сплендор Салливан изо всех сил старалась ее успокоить.

— Не пойду, – скулила Мел, обхватив руками колени. – Ни за что не пойду. Куда я с такими волосами? Этот клей ничем не растворить… все остричь придется. Я… я…

— Чего уставились? – вскинулась Сплендор, когда Том и Пиклс приблизились.

Том не ответил с равнодушным видом прошел мимо, Пиклс еще продолжал пялиться. Сиротский приют учит, что не во все разговоры нужно ввязываться, не на все оскорбления – отвечать, а помощь униженным и оскорбленным всегда чревата риском попасть в их же ряды.

Когда они отошли подальше от девочек, Том спросил мимоходом:

— Уорлок?

Пиклс оглянулся, жалостливо вздохнул:

— Похоже. Его методы.

— Зачем свою‑то? – не понимал Том, рассуждая. – Ведь Фултон тоже пришлая, как и Уорлок?