Елена Евгеньевна с удовольствием попила кофе и, по-прежнему напевая, отправилась принимать свою утреннюю ванну. Голубой пеньюар она оставила на стульчике в кухне.

Елена Евгеньевна особо не напрягалась, чтобы вскипятить кофе у себя между ладонями. Напротив, она приложила определенное усилие, чтобы высвободить только ту крошечку энергии, что была необходима для этого, и ни в коем случае не больше.

Это сдерживание потребовало от Елены Евгеньевны примерно столько же сил, сколько она потратила, чтобы сбить лучом живущей в ней электромагнитной пушки среднюю тактическую ракету «Свирель» на секретном полигоне в Лесках за Гагарином месяц назад.

Там Елена Евгеньевна повторила опыт американцев. Ими впервые в мировой практике была сбита средняя тактическая ракета израильского производства на полигоне «Уайтхендз» в штате Нью-Мексико 11 февраля 1996 года.

Сбита не чем-нибудь, а боевым лазером «Миракл». Елена Евгеньевна могла делать подобные вещи без какой бы то ни было техники. Подобные — и многие другие.

Глава 8

Уже одетая и накрашенная, Елена Евгеньевна вошла в спальню, чтобы задернуть шторы, но замерла, не доведя желтую ткань до середины.

Что-то почудилось ей в виденой-перевиденой картине за окном. Будто не знакомый пейзаж напротив, а сосновый лес. Темнота, ночь и цветные огни в ночном небе.

Послышалась грустная-грустная песня, только слов не разобрать,…вода, вода, вода… Сердце сжало жутким одиночеством, которого не было и быть у Елены Евгеньевны не могло.

За снегами, за зимами — луга, луга, луга…Над ночной тишиной месяц лег золотой. Месяц…

В квартире сделалось вдруг так угрюмо, и пусто, и чуждо. Только тени здесь были родными. Какие тени? Чьи? Этого Елена Евгеньевна не могла себе объяснить. Кто-то, кажется, звал ее, а может быть, это только посвист печального ветра в сухих стеблях синей травы? Почему — синей?