Перед профессором стояли трое. Маленький крепыш, "шкаф" среднего роста и верзила. Несмотря на ужас, комичность ситуации тоже почувствовалась.

– Это тот, который с ментом приехал.– ткнул пальцем "шкаф".

Маленький крепыш сделал шаг вперед, немного покачал головой из стороны в сторону, как будто что-то разглядывая на лице профессора, а потом врезал.

Оглушенный профессор прислонился к забору и попытался проглотить кровь, заполнившую его рот – плеваться ведь неприлично, он ведь никогда не плевался, по крайней мере на улице.

– Ну что, мусор, приссал? Это только разминка была, сейчас мы тебя мочить всерьез начнем.– предупредил верзила.

Главное не терять достоинства, смотреть мучителям глаза, проглотить наконец эту кровь.

– За что?– спросил Осмысловский.

– Кокретно за Саньку-Акулу, которого твой Ползиков посадил.

– Я не милиционер, я вашу акулу не то что не сажал, даже в море не видел.

– Я нам плевать. Ты с ментами знаешься, значит типа ответишь.

Профессор увидел, что между этими тремя монстрами и забором остался еще промежуток метра полтора.

Осмысловский качнулся, словно собираясь упасть, а потом скользнул вдоль забора мимо хулиганов. Кто они, уже бандиты или просто хулиганы, думал профессор на бегу.

Трое, то ли бандитов, то ли хулиганов, припустили следом. Вскоре стало ясно, что бег не является их сильной стороной. Или они как будто не торопились.

Но и профессор чувствовал, как что-то все больше сдавливает его мечущееся сердце – ведь всего две недели назад он вышел из больницы после приступа стенокардии.

Тяжелый удар в спину опрокинул его навзничь. Осмысловский вывернул голову набок и увидел как верзила готовиться влепить ему удар ногой под ребро...

Резкая боль пронзила профессора сбоку и он поперхнулся своим дыханием.

"Я не могу больше дышать. Я сейчас умру."

Бандит похаживал рядом и готовился нанести еще удар, подошел поближе и маленький крепыш. Верзила вежливо пропустил товарища и тот ударил профессора с другой стороны.