Внезапно рядом с ней, пробившись сквозь черную поверхность воды, появилось что-то большое. Это что-то вцепилось в нее и потянуло к себе. Затем Дженнифер почувствовала, как чья-то сильная рука нежно обхватила ее шею и приподняла голову над поверхностью воды. Она ничего не видела, кроме бурлящей воды и теней, порожденных ее собственным воображением, но поняла, что ее тело ощупывают, давя на живот, и заставляют снова и снова делать глубокие вдохи. Она в отчаянии билась в воде, ощущая мягкое сопротивление, а потом, когда чьи-то невидимые руки подняли ее еще выше, снова вынуждая дышать, громко вскрикнула. В тот же миг что-то коснулось ее рук, мягко скользнув по веревкам, которыми были связаны запястья, — и веревки порвались. В этот момент сопротивление исчезло и ее невидимый спаситель вновь погрузился в глубины озера, а она почувствовала силу холодной воды. Инстинктивно бросившись вперед, девушка поплыла, жадно вдыхая воздух. Озеро кружилось перед ее глазами в безумном танце, на небе чернели дождевые облака, а пронизывающий до костей холод оглушал. Но в ее сознании теплилась мысль о том, что она спасена, что он не принял ее жертвы. Он прикоснулся к ней и отверг ее, так что она будет жить — если, конечно, ей удастся доплыть до берега, переборов холод.

Постепенно ее тело подчинилось ритму привычных движений пловца. Теперь она плыла быстрее, внимательно следя за дыханием. Берег приближался, и она уже видела его очертания. Еще сотня взмахов руками — и она спасена.

Когда Дженнифер была в двадцати ярдах от берега, на нее повеяло свежестью. Вода забурлила, сильный порыв ветра, словно невидимый кулак, разорвал облака, и на мрачном небе показалась огромная и круглая, словно белый глаз без зрачка, луна.

В тот момент, когда Дженнифер вновь почувствовала под собой движение воды, она поняла, что жестоко ошиблась. Но она даже не успела вскрикнуть. Те же нечеловечески сильные руки, которые спасли девушку, теперь тянули ее на глубину.