За то мгновение, которое понадобилось Мусору, чтобы оценить ситуацию, я успел разглядеть одноглазых внимательней. Вот уж действительно уродцы - большая лысая голова с одним глазом между бровей, маленьким носиком и маленьким же ротиком, покоилась на широких плечах и тощем, костлявом теле. Руки опускались ниже колен, скрюченные ноги заканчивались широкими, медвежьими ступнями... А тот, который стоял около Севы, вытаскивал из одежд что- то похожее на арбалет.

- Моих друзей убивать?! - взревел Мусор во всю мощь своих легких, подбежал к ближайшему уродцу и, не хуже защитника отечественной сборной Виктора Онопко, пнул его в живот.

Одноглазый, тихо повизгивая, совершил в воздухе мертвую петлю и, выбив к чертовой матери окно, скрылся на улице.

На мгновение в зале наступила полная тишина. Я смотрел на уродцев. Сева судорожно дрыгал ногами. Мусор кровожадно потирал руки. Одноглазые, все как один, повернули голову в сторону выбитого окна, сквозь которое залетали внутрь снежинки.

Затем головы уродцев разом повернулись в сторону Мусора.

- Я все понял, - сказал один из них, - это была засада!

- И еще какая!! - Воскликнул Мусор, - а ну идите сюда, я сейчас буду делать из вас бифштекс с ростбифом!

И, скинув тапочки, Мусор ринулся на одноглазых.

Вид его, что ни говори, был страшен. Даже я испугался бы этих морщин от матраса на щеках, заспанных глаз, широкого носа и горящих безумием глаз. Что говорить о зловещих трусах, развевающихся на ветру, и волосатых ногах, наводящих ужас при одном только взгляде?

Одноглазые не заставили себя долго ждать. Развернувшись, они организованно кинулись к окну и стали выпрыгивать из него один за другим. Последний, развернувшись, выстрелил из арбалета в потолок и заорал:

- Мы придем! Все равно придем! - а затем сиганул следом за остальными.

Подбежавший к окну Мусор, высунулся наружу.