— Почему вас волнует, что я буду делать дальше?

— Потому что вы связаны с журналом. Я проявляю интерес ко всем, кто имеет хоть какое-то отношение к журналу.

— Вы следили за мной, так как думали, что я могу привести вас к журналу?

— Нет. — Он выглядел немного удивленным. — Мне никогда не приходило в голову, что вы можете знать, где он. Фэнвик дал понять, что журнал надежно спрятан, и кроме него никто не знает, где журнал. Так как он был схематиком, скорее всего, потребуется другой схематик, чтобы отыскать журнал.

— То есть вы последовали за мной, просто чтобы посмотреть, что я сделаю дальше?

— Примерно так.

— Какое нахальство. — Вой сирены становился все громче. От этого звука у неё прибавилось храбрости. — Я думаю, вы понимаете, что это было вторжением в мою личную жизнь?

— Вы бы предпочли в полном одиночестве стоять тут у тела Фэнвика в ожидании копов?

В его словах был смысл: ждать одной было бы очень трудно.

— Нет, конечно, нет.

Она решила не заострять внимание на том, что многие люди были бы в данной ситуации куда более приятной компанией, чем он. Он принял бы такое замечание за очередное оскорбление. Что-то подсказывало ей, что сегодня она достаточно искушала судьбу. Кажется, Ник Частин не слишком терпим к оскорблениям.

— Скажите мне, — спросил Ник тихо, — вы задумывались над тем, как всё это будет отражено в утренних газетах?

Она уставилась на него, как только до неё дошел смысл того, что он сказал. Впервые она задумалась над тем, что все это не закончится с приездом полиции. Воспоминания о надоедливых заголовках с её именем в желтой прессе полуторалетней давности промелькнули в мыслях.