— Почему вы в этом так уверены?

Он пожал плечами:

— Я вижу на полу, по крайней мере, два тома третьего издания энциклопедии Основателей. Каждый обойдется коллекционеру, по крайней мере, в пять сотен долларов. Никто, имеющий хоть малейшее понятие о торговле антикварными книгами, не оставил бы их на полу.

— Ой.

Впечатленная Цинния снова перевела взгляд на лицо Ника. Он сосредоточенно рассматривал её. Их взгляды встретились, и в течение какого-то мгновения она не могла найти в себе силы, чтобы отвернуться. Мир застыл вокруг неё. Она почувствовала движение волос на шее сзади, по позвоночнику пробежали мурашки. Это было, как если бы её восприятие, физическое или психическое, застыло в ожидании глубочайшего понимания. Ощущение было точно отголосок знакомой боли.

— В чем дело? — спросил Ник мягким, идущим из глубины голосом.

— Я раньше не подозревала, что вы так много знаете о редких книгах.

— Вы многого обо мне не знаете, мисс Спринг. — Он едва заметно улыбнулся. — Мне тоже о вас многое неизвестно. Это ставит нас в равное положение.

Она задрожала. Тихий шепот какого-то знания по-прежнему причинял ей неудобство. Никогда в жизни она еще не реагировала так ни на одного мужчину. Потом она снова напомнила себе, что никогда еще не бывала в такой ситуации. Почему-то её жизнь до сих пор была настолько непримечательной, что ей не приходилось находиться в комнате с мертвым клиентом и загадочным человеком, который надевал перчатки перед тем, как оказывался рядом с трупом.

Она почувствовала облегчение, услышав отдаленный звук сирены.

— Почему вы поехали за мной?

— Я этого не делал. Я поручил Физеру проследить за вами. Он позвонил мне из машины, когда понял, что вы собираетесь делать.

Эта информация озадачила её.

— Зачем вам это нужно, мистер Частин?

— Я думаю, в данных обстоятельствах мое беспокойство было оправданным. В конце концов, вы рискнули предъявить мне обвинение в похищении. Мало кто способен на такое. Это указывает на определенную непредсказуемость и опрометчивость всего, что касается вас. Как я еще мог узнать, что вы натворите?