— Ты откуда, девка? — хриплым голосом спросил барон.

Закашлявшись, он, не оглядываясь, протянул руку, и оруженосец поспешно передал ему флягу с водой. Барон сделал большой глоток и швырнул флягу обратно.

— Ну?

Девушка, с перепуга забывшая даже поклониться сеньору, дрожащей рукой махнула куда-то за спину, но барон ее понял.

— А-а, из Овражья. Со мной поедешь?

Он попытался улыбнуться помягче, но его суровое обветренное лицо давно уже забыло, что такое улыбка. Тем более что на самом деле барона мало волновали чувства и желания девушки. Он спрашивал по привычке.

Девушка кивнула, но барон уже искал глазами оруженосца.

— Приведите ее в порядок, а на ночь — ко мне, — бросил барон и, не удостоив девушку больше ни единым взглядом, пустил коня в галоп.

Поздно вечером, закончив разбираться с делами, накопившимися за две недели, барон приказал позвать «ту девушку» — имени ее он не знал, да и не хотел знать.

Девушка, вымытая, одетая в полупрозрачную тунику и благоухающая духами, робко переступила порог спальни. Впившись в нее взглядом, барон ощутил, как забурлила в жилах кровь. Еще минуту назад, устав от нудных докладов управляющего, Росбах отчаянно зевал, клевал носом и уже не был уверен, что ему нужно что-то еще помимо сна.

Но стоило вдохнуть возбуждающий запах духов, стоило пробежать глазами по этому молодому, мягкому и податливому телу… Барон и думать забыл про сон.

Росбах ущипнул ее за грудь, хлопнул по упругим ягодицам и подтолкнул в сторону постели. Стоявшие на входе воины довольно осклабились, и барон зыркнул на них исподлобья.

— Чего пялитесь-то, обормоты? Бабу не видели? — Барон усмехнулся, заметив, что глаза кнехтов не отрываются от девушки. — Ладно, уймитесь, утром будет ваша.

Воины судорожно кивнули, хотя вряд ли слышали барона.