Вдруг Чианг исчез и тут же появился у кромки воды, в пятидесяти футах от Джонатана. Потом он снова исчез и через тысячную долю секунды уже стоял рядом с ним.

- Это просто шутка, - сказал он.

Джонатан не мог прийти в себя от изумления. Он забыл о небесах.

- Как тебе это удается? Что ты чувствуешь, когда так летишь? Какое расстояние ты можешь пролететь?

- Пролететь можно любое расстояние в любое время, стоит только захотеть, - сказал Старейший. - Я побывал всюду и везде, куда проникала моя мысль. Он смотрел на морскую гладь. - Странно: чайки, которые отвергают совершенство во имя путешествий, не улетают никуда; где им, копушам! А те, кто отказывается от путешествий во имя совершенства, летают по Вселенной, как метеоры. Запомни, Джонатан, небеса - это не какое-то определенное место или время, потому что ни место, ни время не имеют значения. Небеса - это...

- Ты можешь научить меня так летать?

Джонатан дрожал, предвкушая радость еще одной победы над неведомым.

- Конечно, если ты хочешь научиться.

- Хочу. Когда мы начнем?

- Можно начать сейчас, если ты не возражаешь.

- Я хочу научиться летать, как ты, - сказал Джонатан, и в его глазах зажегся странный огонек. - Скажи, что я должен делать?

Чианг говорил медленно, зорко вглядываясь в своего молодого ученика.

- Чтобы летать с быстротой мысли или, говоря иначе, летать куда хочешь, - начал он, нужно прежде всего понять, что ты уже прилетел...

Суть дела, по словам Чианга, заключалась в том, что Джонатан должен отказаться от представления, будто он узник своего тела с размахом крыльев в 42 дюйма и ограниченным набором заранее запрограммированных возможностей. Суть в том, чтобы понять: его истинное "Я", совершенное, как ненаписанное число, живет одновременно в любой точке пространства в любой момент времени.

Джонатан тренировался упорно, ожесточенно, день за днем, с восхода солнца до полуночи. И, несмотря на все усилия, ни на перышко не сдвинулся с места.