– Что же такого сделали твои друзья, что ты наконец-то перестал витать в облаках и стал трезво смотреть на положение вещей? – полюбопытствовал Сач.

– Каким-то образом им стало известно о скором появлении Дракона, – сообщил Титхиан.

– Что ж, это уже никого не удивляет, с тех пор как вокруг полно шпионов, – злобно произнес Виан.

– Лучше мириться с наличием соглядатаев, о которых ты знаешь, чем иметь около себя шпионов, о существовании которых ты и не подозреваешь, – резко ответил царь. – Кроме того, меня приводит в бешенство не то, что именно им удалось узнать, а то, как они собираются использовать полученные сведения.

– Например?

– Они хотят не дать Дракону получить причитающийся ему налог с Тира – жизни тысячи рабов, – ответил царь.

– Пусть только попробуют! – произнес Виан, оскалив желтые зубы. – Они все погибнут, и никто не посмеет бросить в тебя камень, обвинив в их смерти.

– Ну уж нет, – проговорил Титхиан, качая головой. – У меня есть свои далеко идущие планы относительно Дракона, и я не собираюсь злить его.

Но тут обмен мнениями между царем и его ближайшими советниками был прерван появлением мажордома. Это была высокая статная блондинка с величественной осанкой. Прелести ее фигуры не могла скрыть даже железная кольчуга.

– Нижайше прошу простить за вторжение, ваше величество, – произнесла она, низко кланяясь.

– Разве тебя кто-нибудь приглашал сюда, женщина? – грозно спросил Сач.

– Оставь нас, или ты дорого заплатишь за свою наглость, – злобно проворчал Виан.

Блондинка удивленно подняла брови, услышав угрозу, затем холодно взглянула на говорящие головы. После небольшой паузы она снова обратилась к царю:

– Вождь лесного племени халфлингов по имени Нок просит оказать ему честь, приняв его.

Это имя было знакомо Титхиану, так как именно Нок отдал Рикусу и Садире то оружие, с помощью которого они убили царя-колдуна Калака, последнего тирийского монарха.