- Одного коня я себе оставить хотел, да саблю. Не приведи господь, наскочат. С остатним - давай, боярин, глядеть. - На кой те сабля, или ты в походы ходить собрался? Так давай тогда ко мне в боевые. - Не знаю, боярин, какие цены в Туле сейчас. В боевые, уж прости, не пойду, не моё это. А кузню быстро поставить, да работать начать - так все приспособы кузнечные надо купить. Да в работу взять кого, одному в кузне не работа, а плач. Может, сначала я землю гляну, о плате сговоримся, да я потребное куплю - а там, вот те крест, не буду цену ломить. Уж всяко меньше тульской цены будет.

   - Хитришь, Олег. - Да что тут хитрить-то. Хоть землю глянуть - ну как руды нет. На покупной-то руде кузннца деревенская просто не протянет. - Есть здесь руда. И кузнец был, да татары угнали, еще я на место не въехал. И пожгли, и пограбили. Пепелище там. И глаза выдают - не хотел он этого говорить, к слову пришлось. Места здесь неспокойные - южная окраина Московского княжества, крымчаки налетают регулярно. Засечной черты еще нет.

   - Вот что, мне в Тулу ехать надо дня через три. Ты осмотрись пока, у меня поживи, а там со мной и съездишь.

   Ну, осмотрелся. Перетер со старостой, какие земли общинные, какие нет, да вызнал, как они с помещиком сговорились. Потрепались малость о видах на урожай - неплохих, кстати, на этот год, тьфу-тьфу. Староста, называемый не иначе как "дед Павел", оказался мужиком не то, что бы пройдошливым, но ушлым. Конкретно намекнул, что "мир" - деревенское сообщество - кузнецу конечно, рад будет, но не себе в убыток. То есть мол, с ценами особо разгоняться не стоит, ради железного товара можно и потратить время, съездить к другому кузнецу, а то и в саму Тулу. В ответ, получил столь же тонкий намек, что железные изделия имеют обыкновение портиться при пользовании - то есть в самое горячее время, когда день год кормит. А к миру я мол, со всей душой - если он ко мне по-людски. В общем, после предварительного обнюхивания расстались без неприязни.