Когда Джон вернулся, она поднялась на ноги. Ее била дрожь. Он заметил ее и на какой-то миг замер. А потом он прошел мимо нее, как будто ее и не существовало вовсе. Корвин посмотрел на нее уже не так враждебно, как раньше, но тоже ничего не сказал.

Деленн медленно вымолвила имя Джона.

— Не сейчас, Сатаи, — донесся ответ. — Боюсь, я очень занят.

И он ушел, оставив ее еще более одинокой, чем когда-либо.

* * *

— Вам не следовало бы быть с ней столь грубым, — сказал Корвин после нескольких минут напряженного молчания, прерываемого лишь краткими вопросами, касающимися корабля и экипажа.

— Ей не следовало бы даже быть на борту этого корабля. Это рискованно в плане безопасности. О чем только Ко'Дат думала?

— Сэр... Мне бы хотелось думать, что вы не позволите личным эмоциям влиять на ваши обязанности. Я понимаю, что за последнее время с вами много что произошло... со всеми нами, но...

— Почему вы всегда говорите мне "сэр", когда устраиваете нагоняй? Я в порядке, Дэвид. У меня нет проблем с Деленн. У меня нет проблем с тем, что "происходило со мной в последнее время". Единственное, что меня сейчас заботит, так это задача наладить все на корабле так, чтобы меня это устраивало.

Коммуникатор Шеридана внезапно пискнул, и капитан от неожиданности даже вздрогнул. Потом раздраженно передернул плечами.

— Как некстати, — буркнул он себе под нос. — Того, кто изобрел эти штуковины, надо было бы вывести на площадь и расстрелять.

Он включил свой аппарат.

— Капитан Шеридан слушает.

— А, капитан.

Шеридан и Корвин машинально подтянулись. Это был Ари Бен Зайн, капитан "Озимандиаса" — другого тяжелого крейсера Бестера. Ветеран самых разнообразных войн, о котором ходили слухи, что он живет только ради сражений. Не было ясно, что связывало его с Бестером, но, без сомнения, он был предан Пси-Корпусу.