— Я не могу это сделать, мой лорд. Я стану Первым Воином, но я не женюсь на Дераннимер.

— Почему? Это… укрепит твое положение. Ты хороший мужчина. Ты достоин ее.

— Но я не люблю ее. Не как супруг. И она не сможет любить меня — как жена. Вы обещали не принуждать ее к женитьбе на том, кого она не любит.

— Обещал, но это было так давно. Когда я еще был целым.

— И обещание все еще в силе, лорд. Я даю слово что буду защищать ваш клан и вашу дочь как только могу, но я не могу взять ее в жены.

— Понимаю. Что ж… хватит и этого. Я был… слаб, Парлонн? Мог бы я сделать больше — чтобы остановить это?

— Нет, лорд. Вы были прекрасным Первым Воином. Никто не смог бы сделать большего.

— Спасибо, Парлонн. Прошу, помоги мне подняться. Я хочу чтобы это случилось снаружи. Пусть все будет… быстро.

— Да, лорд.

— Слишком долго… Я жил… три года — слишком долго.

— Да, лорд.

— Нет. Теперь ты — Лорд. Ты, Парлонн.

— Да, лорд.

Несмотря на сложившееся в более поздние времена мнение, мы уже несколько лет воевали с Тенями — до того как Вален явился нам, и даже до Дня Света, который сейчас, как правило, считается днем начала войны. Причины, по которым мы ввязались в войну, могут быть не столь альтруистичны и высоки, какими их считают, но тем не менее — первое столкновение с Тенями случилось более чем за три года до Дня Света.

Мы вышли к звездам за двести лет до того, начав последовательно создавать миры—колонии и военные станции. Мы оставались разобщенным народом после смерти Шингена, первого и единственного Императора, поскольку воинские кланы начали грызню за его империю. Победы и ужасы той войны приходили и исчезали, но не было сомнений, что космические путешествия и экспансия будут не более чем продолжением войны. Для каждого клана это был шанс получить новые средства, новых союзников, новые базы.