Она поцеловала его, и поцелуй был совсем не нежным. — Иногда ты бываешь таким тугодумом. — сказала она с совершенно честным лицом. — А я не могу оставить себе несколько секретов?

— Как пожелаешь.

— Почему ты стал тем, кто ты есть? — спросила она его. — Ты мог бы управлять гильдией, или командовать рейнджерами, или стоять в Сером Совете. Ты не проклят и мало кто будет думать о твоей внешности или имени когда они узнают твои таланты. Так почему?

— Потому что я никогда не хотел быть ничем иным.

— Я хотела. Прежде.

— Что ты хотела сделать?

— Изменить мир. Изменить галактику. Потом я поняла что никогда не смогу сделать это в храме или монастыре.

— И ты можешь сделать это здесь?

— Да. С тобой. Я могу изменить тебя.

— Что?

— Ты живешь. Ты знаешь радость. Ты знаешь любовь. Ты знаешь цель. У меня было... предчувствие. Я знала это с тех пор, как в первый раз увидела тебя, когда Катренн познакомила нас. Тогда я поняла две вещи. Первая — что с легким толчком в верном направлении ты можешь сделать все, что я когда–либо мечтала исполнить.

— А вторая?

— Что я люблю тебя.

— Моя леди. — прошептал он.

— Нет. Я не чья–то леди. Я твой спутник. Я буду защищать твою спину в бою и знаю, что ты будешь защищать мою. Я отдам свою жизнь в твои руки и полностью доверю ее тебе, и знаю что ты можешь сделать так же со мной. Катренн никогда и ни с кем не найдет этого, и потому мне жаль ее.

"Ты лжешь умело, Парлэйн Проклятый. Все правда за исключением последних слов. В этом ты похож на своего отца."

"А я не верю никому."

Он крепко обнял ее.

* * *

Все стало огнем и кровью. Крики умирающих наполняли воздух. Валялись изуродованные и растерзанные тела.

Парлэйн шел среди них со смертью во взгляде. Его мундир был порван, а тело покрыто порезами, царапинами и рубцами. Денн'бок был в крови и том, что служило кровью Изначальным.