"Теперь уходи.

И он ушел. Он больше не увидит Минбара, не увидит Йедора, Широхиды или Тузанора, никогда не остановится у мемориалов матери или сестры.

Оно того стоило.

Он поднял ребенка, когда она начала плакать, и нежно прижал ее к себе. Ее глаза были единственным, что отличало ее от матери. Они были отцовскими. Зелеными — бездонная, чувственная, прекрасная зелень.

— Что ж. — сказал он. — В конце концов, я выбрал жизнь. Сейчас у меня есть ради чего жить.

Верно, Деленн?