Синовал бросил его.

Итак, да, Гален будет рад уничтожить врага. Если это слабость — пусть будет так.

Себастьян в молчании провел его по темным коридорам. Иногда они слышали крики, или жалкие мольбы о пощаде на разных языках. Себастьян не уделял им внимания, также как и Гален. Если он и задумывался о том, что совсем недавно он был одним из кричащих — то на его лице не отразилось следа эмоций.

Гален не знал, где находилось это место, но в те времена, когда он все еще помнил — он думал, что если существует Ад, то это именно он.

Это было просто... место. Вот и все.

Себастьян провел его сквозь арку в ослепляющее инферно света. Гален склонил голову. Свет не ранил его и не сжигал, хоть и был неприятно сильным. Перед ним склонил голову Себастьян.

С ними говорил Светлый Кардинал.

Слова нельзя было выразить человеческим языком, но ни, он ни Себастьян больше не были настоящими людьми. В любом случае, слова были неважны. Лишь содержание имело значение.

И когда он понял его — Гален обнаружил, что он улыбается.

Глава 2

Мама!

Сны больше не приходили к ней. Она не спала. Женщина со многими именами получила все, но потеряла свое.

Она цеплялась за имя "Талия Винтерс" больше из ностальгии, чем почему—то еще. Точно по той же причине она держалась за иллюзию своей человекоподобности.

Когда она была в Академии, у нее был наставник по имени Джейсон Айронхарт. Он был и ее любовником, когда она была менее опытна, больше боявшейся голосов, юной, испуганной, и полной ненависти к себе. Он неоценимо помог ей, показал ей истинную красоту тишины.

Просто тишина.

Такой она была для ее народа.