Последствия этой битвы прослеживаются до первой половины 2266. Синовал был вымотан своими усилиями, особенно — изнурительной битвой, которая потребовалась для уничтожения врат. Единственный очевидец его схватки с Чужаками была нехарактерно скрытна, но она отметила, что Синовал был почти в бессознательном состоянии, когда выбрался из разрушенного здания, снова и снова со стоном повторяя слова "моя леди", и сжимая грубо выполненное украшение так сильно, что оно поранило его до крови.[1] После этого он провел несколько месяцев в уединении, отдыхая и набираясь сил, передав массу полномочий его заместителю Сьюзен Ивановой. Она была необычно для нее осторожна, но провела несколько отлично исполненных кампаний, беспокоя ворлонцев там, где они намеревались развернуть наступление.

Сами ворлонцы были также осторожны. Проксима была первым случаем, когда они попытались использовать своих союзников—Чужаков как оружие, и они жестоко недооценили их мощь. Возможно, что дело было во внутренних распрях, начавших появляться в ворлонской иерархии. Точно известно, что несколько членов их Правительства тайно поклонялись Чужакам, но, возможно, все же не все. Хотя мы знаем крайне мало о правительстве ворлонцев, или их иерархии, судя по всему, после провала операции на Проксиме по некоторым вопросам ими было проведено следствие.

Синовал явился из своего отшельничества во второй половине года, полный новой энергии и сил, а также осязаемой ярости. Судя по слухам, он был настолько же изменчив , как он это продемонстрировал во время собрания Совета Альянса в 2261. Его первым делом была попытка связаться с еще большим числом союзников. Некоторые расы поддерживали крайне строгий нейтралитет, осторожно прокладывая дорогу между Синовалом и ворлонцами. Как настаивали обе стороны — нейтральность более не была возможным выбором. Синовал посетил родной мир врии и обратился к их правительству лично. Даже лицом к лицу с его огромной личной харизмой, они не изменили свою позицию.