Это потом пришли для Геннадия лучшие времена, он раскрутился, наладилась личная жизнь. Но прошлое упорно напоминало о себе. И как только о Шатрове заговорили на телевидении, его песни стали звучать по радио, он был буквально атакован бывшими женщинами. Даже теми, за кем он когда-то бегал, а они не хотели воспринимать его как мужчину. Одной из первых среди них была бывшая проститутка Яна Ковалева.

Естественно, прежде всего она попросила денег, обосновывая это очень просто — есть общий ребенок и, хоть Геннадий официально не признавал отцовства, надо помочь. Хоть немного — ведь для Шатрова это такие пустяки. Теперь-то, когда его доход вырос во столько раз! Когда займы денег у друзей на аборт уже казались ему страшным сном!

Жалобы Яны возымели результат. Шатров размяк. Он дал один раз. Дал второй — естественно, больше. На третий раз он в полном соответствии с классической пушкинской сказкой о золотой рыбке сказал:

— Тысяча долларов — это все, что я могу для тебя сделать. Работай сама. Устраивай свою жизнь. Помнишь, когда я был на мели и просил у тебя деньги, ты что мне ответила?

Яна молча хлопала невинными глазками.

— А я тебе напомню, — прокурорским голосом гремел Шатров. — Ты сказала, что мужик сам должен зарабатывать, а женщина, то есть ты, эти деньги тратить. А у меня в тот день денег даже на пельмени не было! У тебя же, кстати, они были — за один день ты заработала в постели тысячу рублей и дать мне полтинник могла. Но не захотела.

— Но ведь сейчас у тебя есть не только на пельмени, — нагло улыбнулась Ковалева.