Машке еще не исполнилось восемнадцати, а Ванька только пришел из армии. Словом, пара была самая что ни на есть стандартная. И вели они себя под стать своему возрасту — довольно бесшабашно и беспечно. Направились они в лес на велосипедах, провожаемые ухмылками старух, сидевших на завалинках.

Где-то на половине пути Машка сделала попытку оторваться от Ивана. Это был, конечно, элемент игры. Ванька, безусловно, владел велосипедом лучше и нагнать мог ее в два счета, но не стал делать этого сразу же.

— Ну ты, давай-давай, не отставай! — подбадривала его возлюбленная, беспечно оборачиваясь на полном ходу и вращая ногами педали.

— Езжай, езжай, — басисто ответствовал Ванька. — Да под колеса смотри, а то башку расшибешь на фиг!

— Ой! — чуть визгнула Машка, с ужасом заметив приближающуюся кочку.

Однако в последний момент, когда, казалось, она должна была полететь с велосипеда вверх тормашками, Машка чуть сдвинула руль влево, и убийственное столкновение головы с землей было предотвращено. Не в меру прыткая девчонка тут же сбавила ход, давая Ваньке приблизиться к ней.

— Говорил же тебе, что ты несешься, как чумовая, — сдвинул тот брови.

— Я и не думала, что тут кочка…

— Индюк тоже не думал.

— Это я индюк? — обиделась Машка.

— Ты — не индюк, ты — индюшка, — совершенно беззлобно усмехнулся Ванька.

— Я тебе дам — индюшка! Сам ты тетерев ушастый! — не осталась в долгу Машка.

— Эх, ни фига себе!

Эта перепалка, возникшая, по сути дела, на пустом месте, могла бы, наверное, продолжаться дальше и перейти в конфликт, но тут возлюбленные въехали в лес. Он должен был примирить их и показать, что никакая ссора не стоит объятий на свежей траве, аромата лесных ягод вкупе со сладким мигом удовольствия друг от друга.