— Кто бы еще тебя тут оставил!

— А что, тетя Надя сама сказала — оставайтесь!

— Лишь бы выпить!

— Мама, давай останемся, мы ведь не успеем даже в лес сходить, — жалобно попросила Настя, прерывая перебранку родителей.

— Посмотрим, — уклончиво сказала Лариса. — Все-таки неудобно, заставил тетку бежать за самогоном, стыд какой! А у меня к ней дело от отца.

— Вот под рюмочку-то и обсудите как раз это самое дело, — Евгений был непоколебим в своей защите целесообразности выпивки.

Тетю Надю пришлось ждать, однако, около получаса. Лариса уже стала волноваться. Котов невозмутимо продолжал сидеть и просматривать купленную еще в городе прессу, а Настя включила плейер, одела наушники и покачивалась в такт речитативу заокеанских рэперов. Потом попросилась выйти во двор, и Лариса махнула ей рукой в знак своего разрешения.

Когда тетя Надя вошла наконец-то в дом, Лариса сразу же отметила необыкновенную взволнованность на ее лице. А Евгений увидел, что руки ее пусты. И полуразочарованно, полувопросительно уставился на хозяйку. Та, впрочем, не заставила себя долго ждать с объяснениями.

— Ой, горе-то какое у нас! Ой, горе! — запричитала она, всхлипывая и размахивая руками.

— Какое горе? — сразу же встревожилась Лариса, ненароком подумав, что же могло случиться с Настей, которая только что вышла погулять.

— У Катерины Корневой дочь убили… И внучку убили! — После этих слов тетя Надя заплакала в голос. — Изверги… Зарезали.

Евгений сначала оторопел от этих слов, а потом внимательно посмотрел на Ларису.

— Кажется, история повторяется, — изрек он. — Придется тебе теперь становиться Анискиным. На сей раз это будет деревенский детектив.

Лариса в который уже раз за сегодняшний день укоризненно посмотрела на Котова. Его дремучий цинизм мог быть превратно здесь истолкован. И она тут же бросилась смягчать ситуацию — утешать тетю Надю и расспрашивать о подробностях. Судя по первым ее словам, убийство было зверским, потому что, по-видимому, был убит ребенок.