- Не подняться ли ей чуть повыше?

- Она поднялась бы повыше. - Миссис Лино еще раз вышла из транса. Она поднялась бы аж до Почтовой башни, будь при ней ее ноги. Но не все в нашей власти. Этот мир далек от совершенства.

Чарльза так поразила ничтожность предложенной суммы, что он вовсе утратил интерес к разговору и принялся расхаживать по лавке с рассеянным видом, как расхаживал бы любой посетитель, которого не замечают или о присутствии которого не подозревают. Так или иначе, он уже перестал понимать, обращен ли разговор супругов Лино к нему, или они просто беседуют между собой.

- Поэзия и бедность, - декламировала миссис Лино. - Поэзия и бедность.

- И что же дальше, дорогая?

- Они словно чердачная каморка и погребальная урна!

- Сегодня ее не унять, - изрек мистер Лино, и в его тоне недовольство смешалось с восхищением. - Это ясно как день.

Чарльз подумал, что уж это замечание вполне могло быть адресовано ему; он рассматривал колоду карт таро эпохи Эдуарда и, обернувшись, увидел, что оба и в самом деле смотрят в его сторону.

- Знаете, мне бы хотелось побольше. Книги-то весьма ценные.

- Ему бы хотелось побольше, миссис Лино.

- В самом деле? А мне бы хотелось босиком бегать по Брайтонским скалам, но разве это что-то меняет?

- Бегать с перьями в волосах. - Мистер Лино вздохнул.

Чарльзу внезапно опротивел запах парафиновой печки, и он снова взялся за колоду таро. Тогда-то он и увидел картину. На миг у него появилось смутное ощущение, что на него кто-то смотрит, поэтому он повернул голову и встретился взглядом с мужчиной средних лет, наблюдавшим за ним. Сперва он тоже уставился на него в изумлении. Затем, совершив усилие, подошел поближе и взял портрет в руки. Холст был кое-как вставлен в легкую деревянную раму. Держа картину на расстоянии вытянутой руки, Чарльз принялся тщательно изучать ее.