— Что-нибудь можете рассказать о ее привычках? Когда она уходила утром? Когда возвращалась по вечерам?

— Извините, не обращала внимания.

— Хорошо, а почему вы решили, что здесь что-то не так?

— Из-за молока. Около двери. Вечером я была у друзей в городе, а когда вернулась, ко мне зашел мужчина с третьего этажа и пожаловался, что в соседней комнате очень громко играет радио, и попросил меня, чтобы я зашла туда. Я поднялась и попросила убавить звук, а проходя мимо комнаты мисс Дэвис, увидела молоко под дверью. Ну и подумала: как странно, в такую жарищу, но, с другой стороны, молоко-то ее, а я не люблю соваться в чужие дела. Поэтому я вернулась к себе и легла спать, но никак не могла выбросить из головы это молоко под дверью. Накинула халат, поднялась, постучала в дверь, но никто не ответил. Тогда я крикнула, но она не ответила. И я решила — должно быть, что-то не так. Не знаю, почему. Я просто подумала... Не знаю. Если она там, то почему не отвечает?

— А как вы узнали, что она там?

— Я этого не знала.

— Дверь была заперта?

— Да.

— Вы пробовали ее открыть?

— Да. Она была заперта.

— Понятно, — сказал Карелла.

— Подъехали две машины, — сообщил Хейз, закончивший свой осмотр. — Наверное, ребята из лаборатории и из южного отдела по расследованию убийств.

— А им-то что здесь надо? Они же знают, что это территория нашего участка.

— Показуха, — объяснил Хейз. — У них на двери висит табличка «Отдел по расследованию убийств», вот они и отрабатывают свое название.

— Что-нибудь нашел?

— В шкафу новенький багажный комплект из шести предметов. Ящики забиты одеждой, большей частью новой. Полно летней одежды. Несколько новых книг.

— Что еще?

— Какие-то письма на туалетном столике.

— Нам может что-нибудь пригодиться?

Хейз пожал плечами:

— Есть перечень счетов из банка девушки. Кипа погашенных чеков. Может, пригодятся.