Рэнди Айзенер был небольшого роста, стриженый «под ежик» мужчина около тридцати лет. Он ведал связями с прессой при втором по величине и значению Клубе Самоубийц Великого Лос-Анджелеса. Барнли ожидал его и помахал ему рукой, когда Рэнди появился на пороге бара.

Айзенер опустился в красное пластиковое кресло по другую сторону столика из черного дерева.

— Почему ты выбрал андроидный бар?

— Осточертели заведения с живой прислугой, — ответил Барнли. В свое время они были однокурсниками и остались друзьями до сих пор. — Франческа всегда выбирает заведения с живой прислугой, чтобы не выделяться.

— Я думал у тебя этим вечером встреча с ней?

— Ее снова замели охотники на подонков, — сказал Барнли, — но на этот раз, по крайней мере, она нашла время позвонить мне и предупредить.

К ним подкатил серебристый бочкообразный андроид.

— Сэр, сэр, сэр?

— Скотч, — ответил Айзенер. — То же самое, — сказал Барнли.

— Сэр, сэр, сэр, — ответил официант и укатил прочь.

— Даже андроиды умеют выглядеть высокомерно, — заметил Барнли. — Я тебя от чего-то оторвал?

— Ничего страшного. Я никогда не любил поминки.

— Поминки?

— Моя тетя Джуди, — сказал Айзенер. — Умерла вчера.

— О, — сказал Барнли. — Да, так насчет Франчески. Я в полной растерянности и совершенно не соображаю, что мне делать. То есть, я люблю ее и мне кажется, что она любит меня, но я никак не могу понять, как мне правильно вести себя с ней.

— Тебе везет на литературных работников, — сказал Айзенер. — Вроде той девицы, что придумывала тексты афиш.

— Нет, нет — ответил Барнли, — Франческа совсем другая. Это очень разумная и честная девушка.

Подкатил официант-андроид и поставил на стол заказанную выпивку.

— Ну хорошо, — сказал Айзенер, откинувшись на спинку кресла. — Но у нее, как и у той, обнаружилась привычка исчезать. В прошлый раз, как оказалось, там были замешаны два бывших марсианских акробата не у дел.