"Ничего, Ваня переживет, а Калерии я говорить не стану. Передала и передала, спасибо ей за сочувствие".

Вера Филипповна протянула соседу яблоко. Тот, не сказав "спасибо", принял ее подарок и спросил, сглатывая слюну:

- Мать, а стакан есть?

- Нет, - ответила она простодушно.

- Хреново, мать, без стакана-то. Водка ж все-таки, не портвейн. А и пёс с ним,со стаканом!

Он достал откуда-то из-за пазухи маленькую палёной водки, пальцем сковырнул пробку и в какие-нибудь десять секунд высосал содержимое пузыря. Затем шумно перевел дух, потер яблоко о потертый локоть и засунул целиком в рот. Вместе с Карлом и черенком. Операция "Троянский конь" провалилась, едва начавшись.

Глава 7. Сосед по палате

Негр был голый.

Негр был в красных штанах.

Негр был черный, лиловый, коричневый и блестящий.

Негр курил трубку.

Но звали его не Тибул. И трубки он, естественно, никакой не курил, в палате хоть трубку, хоть "Беломор" - закуришь, так тебя сразу же из больницы пинком под зад и на улицу. Штаны, правда, были красные - красные тренировочные штаны с белым лампасом до самых штрипок. Так что голым негр был разве что выше пояса, между полами распахнутого халата и на малом участке тела от тапок и до концов штанин.

Сначала втащили койку. Долго не попадали в дверной проем, примерялись и так, и этак, затем, обливаясь похмельным потом, два хмурых санитара в халатах наконец догадались повернуть ее боком, после чего внесли. Следом за койкой и санитарами вошел негр.

- Мучачос по несчастью? - обратился он к Ивану Васильевичу на чистом русском, когда они остались одни. - Интересное у вас заведение. На окнах решетки, на вахте сплошные мордовороты. Не больница, а одесский кичман.

- Да нет, ничего, не жалуемся. Кормят прилично, телевизор, библиотека...

- Библиотека? А насчет этого у вас как? - негр звонко щелкнул блестящим ногтем себя по горлу. - Заначечная какая-нибудь имеется? Иван вспомнил вчерашний спирт и утренний туман в голове.