— Вы?.. — начал он и осекся.

— Аня, двойной «Солнечной» гостю. — Девушка плеснула янтарной жидкости, выскользнула из-за стойки, ловко сунула стакан пареньку в руки и бухнула полупустую бутылку на стол. Я ухмыльнулся.

Аня мне нравилась. В отличие от местных она ежедневно мылась, умела читать и считать. И еще убирать трупы. Быстро и без следов. Как? Я не задавался этим вопросом. В конце концов, у всех нас свои маленькие секреты.

Девушка вернулась за стойку и принялась украдкой наблюдать за разворачивающимся спектаклем. Каждый раз, когда ко мне приходил клиент, она откладывала работу и не возвращалась к ней до конца переговоров.

Аню неоднократно наказывали, лишали заработка, публично секли на площади, а однажды хозяин обмотал кулак ремнем и собственноручно избил ее до полусмерти на глазах у переполненного бара. Под конец хохот стоял такой, что тряслись стены: штаны-то без ремня слетели.

Однако наказание наказанием, а наследующий день она снова стояла за стойкой. Пусть и с видимым трудом разносила выпивку. Едва шевеля распухшими губами, оглашала счет. Она занималась этим уже вторую эпоху, а может, и дольше. Уверен, сменится несколько поколений, бар перейдет к сыну нынешнего владельца, от него к внуку, а Аня по-прежнему будет разливать по стаканам мутную жидкость, наблюдать за короткими пьесками и получать нагоняй от хозяина. А может, ей наскучит роль бессловесной рабыни, и она найдет себе новое развлечение.

Я перевел взгляд на парня и обнаружил, что он по-прежнему стоит, сжимая в дрожащих руках стакан.

— Садись. — Я подтолкнул стул. — Пей.

Парень рухнул на стул, будто ему подрубили ноги. Залпом опрокинул стакан. Закашлялся и вытер губы тыльной стороной ладони. На лице осталась грязно-серая полоса.

— Я пришел… — сипло пробормотал он. — Я пришел заключить контракт.