Я плеснул парню еще «Солнечной» и приготовился выслушать историю. Перед тем как перейти к делу, большинство клиентов рассказывают свои истории. Некоторые искренне полагают, что они мне интересны. Другие надеются, что я войду в их положение и сделаю скидку. Для третьих этот ритуал сродни исповеди. Четвертые… впрочем, перечислять можно бесконечно.

Должен сказать, поначалу рассказы меня и вправду забавляли. Поначалу я и впрямь делал скидки. Потом бесконечные слезы и самооправдания начали раздражать. Затем вызывали умиление. Позже пришло безразличие.

Одни и те же проблемы, одни и те же просьбы, одни и те же обстоятельства… Пару веков назад я решил: такова данность. Неизбежный сателлит профессии. Для шахтеров данность — грязь, навеки въевшаяся в кожу. Для моряков — растянутая на десятилетия смерть от отравленного в третью эпоху моря. Для меня — беседы с клиентами, пришедшими заключить контракт. Возможно, еще через пару столетий я взгляну на это под другим углом — кто знает.

— Я сам с Черного плато, — начал парень. — Грейхарт моя фамилия, может, слышали?

Я пожал плечами.

— Отец совладелец крупнейшей шахты. — Парень насупился и сделал крупный глоток. Я ободряюще улыбнулся.

— Две недели назад у нас кончилось сырье для синтеза биодобавок… Ну, которые радиацию выводить помогают, может, слышали? Отец велел купить контейнер спор для разведения культуры.

Я прошел через Контакт и вышел в Перекрестье. Там, конечно, споры продают, но такие цены шахтерам не поднять. Я решил смотаться к вам, здесь все дешевле. Мы так часто делаем, когда нет срочности. Взял напрокат вездеход.

Когда я сюда приехал, первым делом пошел в переговорный пункт. И не смог связаться с Черным плато, понимаете? Даже отзыва не было, станция совсем не отвечала.

Я подумал, мало ли — в последнее время у нас часто случались неполадки с оборудованием. А наследующий день пропала связь с Перекрестьем, понимаете? Нет сигнала. Совсем. Как с Черным плато. Но перед тем как связь пропала, оттуда пришло сообщение. Совсем короткое.