Илья снова перехватил пистолет за рукоять и посмотрел вдоль коридора. Савка вытащил из-за спины Кладенец и опустил острием к земле. В боевое положение перевести всегда успеет. Главное, это видеть против кого биться.

По клинку бежали настороженные огненные искры, в камне светился словно крохотный костерок живого и чистого пламени. Hастя восторженно смотрела на меч и едва себя сдерживала, чтобы не схватить его в руки, не разглядеть повнимательнее.

— Как будем смотреть? — спросил Илья, недобро косясь на клинок. — Вместе, по очереди или еще как?

— Сначала ты, — Савка кивнул. — Потом я. Кладенец чует что-то недоброе, не нравится мне это. Я лучше посторожу.

Илья сел у стены, положил пистолет под руку, прислонился к кирпичам и закрыл глаза. От него потекло ощущение покоя, умиротворения, даже сонливости.

Hастя невольно покачнулась, но тут же с собой справилась. Под ногами шелохнулась мирогрызка, собираясь очнуться. Савка пнул ее в бок и врезал навершием рукояти Кладенца ей по лбу. Тварь пискнула и перестала шевелиться.

— Ты ее не это?.. — несмело предположила Hастя. — Или вы и труп тоже насиловать будете?

— Будем, будем, — огрызнулся Савка, настороженно осматриваясь как глазами, так и внутренним зрением. Hичего и никого заметно не было, если не считать спящего в другом подъезде бомжа. Тот храпел и булькал во сне так, что его можно было услышать и без магических ухищрений.

— Второй этаж, — вдруг проговорил Илья, вскакивая на ноги. — Это все, что я нашел. Потом еще ты посмотришь.

— Что-то легко мы пришли, легко нашли, — Савка с сомнением взглянул на Кладенец. — Или он ошибается, или засада очень умелая.

— Разумеется, умелая, — Илья хмыкнул. — Мирогрызы научились с нами сражаться. Без боя не сдадутся. А времени все меньше…