Ощущение было такое, словно на нем стадо мамонтов вместе с папонтами отплясывали лихую цыганочку в течении не меньше, чем суток. Кроме того, парня трясло от холода, потому что куда-то исчезла его аляска, теплые ботинки и даже толстые носки. Свитер был располосован на тонкие ленточки и свисал лохмотьями, рубашка тоже разодрана, а на джинсах красовались изумительные дыры, которым обзавидовался бы любой неформал. Hа груди, ногах, руках Савки наблюдались длиннющие и болезненные, хоть и неглубокие порезы. Похоже, что мирогрызы просто не слишком аккуратно его раздевали, чтобы бросить погибать от холода. Они, как рептилии, считали холод смертельным для любого существа и были уверены, что Савка умрет раньше, чем очнется. Однако, парень был уверен, об охране они позаботились.

Hадо было выбираться и срочно, иначе мирогрызы могли вернуться и проверить пленника. Выпить жизненные соки они из Савки не могли, потому что тот был Спасителем, и его жизнь погубит любого вампира, хоть энергетического, хоть обыкновенного.

Савка, трясясь и пытаясь укутаться в остатки одежды, огляделся, задержал на мгновение взгляд на бомже и отвернулся. Магию применять боялся, потому что мирогрызы могли ее учуять и приходилось искать более простые пути.

Единственное, что парень себе позволил — это осмотреться другим зрением и выяснил, что два мирогрыза стерегут лестницу, один сидит под окном, а еще один торчит на крыше. Все четверо тварей сидели понуро, трясясь от холода и жалости к себе, но постов не бросали, бдили. Савка поморщился и сплюнул. Мирогрызы были ему противны, и он не был в состоянии их жалеть.

Он еще раз осмотрелся, выбирая себе кусок арматурины по руке, и его взгляд опять упал на бомжа. И тут счастливое или глупое озарение наконец-то снизошло на Спасителя, придав ему немного сил и даже согрев. Он подтащил себя к бомжу и, морщась от мощного запаха перегара, немытого тела и испражнений, перевернул старика на спину.