Во всем мире получили распространение банки крови.

Мужчин и женщин с почечными болезнями уже спасали при помощи пересадки почек от идентичных близнецов. Не все больные-почечники имели двойняшек. Врач в Париже начал пересадки от близких родственников, расклассифицировав несовместимость по ста пунктам, чтобы заранее оценивать, насколько успешно пройдет пересадка.

Пересадка глаз сделалась обычной. Донор глаза мог умереть прежде, чем спасет зрение другому человеку.

Кости людей можно было пересаживать во всех случаях, при условии, что они прежде были очищены от тканей.

Так обстояли дела в середине века.

К 1990 году стало возможно сохранять любой человеческий орган живым на любой разумный промежуток времени. Пересадки, при помощи "бесконечно тонкого скальпеля" - лазера, сделались рутинными. Умирающие регулярно завещали свои останки банкам органов. Похоронные концерны не могли этому воспрепятствовать. Но такие дары от умирающих не всегда оказывались полезны.

В 1993 году Вермонт принял первый закон о банках органов. Смертная казнь в Вермонте сохранилась. Теперь осужденный мог сознавать, что спасет своей гибелью другие жизни. Стало неверно, что смертная казнь не приносит пользы. Неверно в Вермонте.

А потом - в Калифорнии. И в Вашингтоне, Джорджии, Пакистане, Англии, Швейцарии, Франции, Родезии...

Пешеходная дорожка двигалась со скоростью десяти миль в час. Под нею, невидимый пешеходам, поздно возвращающимся с работы и ночным совам, только начинающим свой облет, свисал с движущейся полоски Льюис Ноулз и глядел на карниз, пробегающий под его раскачивающимися ногами. Карниз был не шире двух футов и добрых четыре фута отделяли его от кончиков вытянутых пальцев на ногах Лью.

Он прыгнул.

Когда его ноги коснулись карниза, Лью ухватился за выступ оконного переплета. Почувствовал рывок инерции, но не упал. Спустя долгий миг к нему вернулось дыхание.

Он не мог знать, что это за здание, но оно не было заброшено. В девять часов вечера все окна светились. Лью попытался не оказаться на фоне света, когда заглядывал внутрь.